Зачем живешь, Земля Родная?
Ответа ждем со всех сторон.
И тщетно души напрягают
Пророки нынешних времен.

Ясна заря уж наступает.
Уходит темно-серый век.
И вдруг петух провозглашает:
«Цель - ПОЛНОЦЕННЫЙ ЧЕЛОВЕК!»

Артур Коломыцын

СВЕЖИЕ РУССКИЕ СКАЗКИ

книга Свежие Русские сказки

Мечта о Родине

Зарницы свет колос, почуя,
Зерно цельное народит.
Так справедливая природа
Златое слово говорит.
Так справедливая природа
Златое слово говорит.
Все краше Царствие родное.
Залиты солнышком поля.
Всегда мы славили душою,
Млечная Родина, тебя.
Народа праведная воля —
Очаг родной маять и медь,
На хлебосольных посиделках
О радостях с друзьями петь.
На хлебосольных посиделках
О радостях с друзьями петь.
Все краше Царствие родное.
Залиты солнышком поля.
Всегда мы славили душою,
Млечная Родина, тебя.
Хлеба румяны запекают.
Ведет обмен торговый ряд.
Купчины в меру сребро мают —
Рог изобилия творят.
Купчины в меру сребро мают —
Рог изобилия творят.
Все краше Царствие родное.
Залиты солнышком поля.
Всегда мы славили душою,
Млечная Родина, тебя.
Могучий пахарь в чистом поле
Железным плугом ряд кладет.
Земля-Мать семя принимает,
Порядок всюду настает.
Земля-Мать семя принимает,
Порядок всюду настает.
Все краше Царствие родное.
Залиты солнышком поля.
Всегда мы славили душою,
Млечная Родина, тебя.

Всегда мы славили душою,
Млечная Родина, тебя...

Как Иван Царевич и Ходжа Насреддин кашу варили

Как Иван Царевич и Ходжа Насреддин кашу варили

В некотором Царстве-Государстве жил Царь и было у него три сына. Дела, в том Царстве, шли ладно да складно. Но, однажды, Царь прилег отдохнуть в своей опочивальне. Овладел им глубокий крепкий сон. Время шло. Дни сменяли ночи. Зима проводила лето. А Царь-батюшка все не пробуждался, да спал без задних ног. Наступили холода. Решили братья печь топить, а дров нет. Отправился тогда старший брат в дремучий лес по дрова и не вернулся из лесу. Сколько ни ждали братья его возвращения, так и не дождались. Стало им страшно, голодно и холодно. Беспокойство одолело братьев. Так они и жили. Прошло 100 лет и опостылела тяжкая жизнь среднему брату. Тогда просил он младшего брата Ивана Царевича пойти в царскую опочивальню и разбудить Царя-Батюшку. Послушался Иван Царевич и отправился в царскую светлицу.

Заходит, а в светлице темно и Царя-Батюшки нет. На потолке висит золотой шит на шестнадцать ручек. Снял Иван Царевич щит. А за ним круглое окошко, в окошке четыре стеклышка, каждое стеклышко о восьми сторонах и двенадцатью золотыми гвоздиками крепится. Залил белый свет всю светлицу. И при ясном свете заметил Иван Царевич на щите загадку премудрую:
В некотором Царстве-Государстве жил Царь и было у него три сына. Дела, в том Царстве, шли ладно да складно. Но, однажды, Царь прилег отдохнуть в своей опочивальне. Овладел им глубокий крепкий сон. Время шло. Дни сменяли ночи. Зима проводила лето. А Царь-батюшка все не пробуждался, да спал без задних ног. Наступили холода. Решили братья печь топить, а дров нет. Отправился тогда старший брат в дремучий лес по дрова и не вернулся из лесу. Сколько ни ждали братья его возвращения, так и не дождались. Стало им страшно, голодно и холодно. Беспокойство одолело братьев. Так они и жили. Прошло 100 лет и опостылела тяжкая жизнь среднему брату. Тогда просил он младшего брата Ивана Царевича пойти в царскую опочивальню и разбудить Царя-Батюшку. Послушался Иван Царевич и отправился в царскую светлицу.

Заходит, а в светлице темно и Царя-Батюшки нет. На потолке висит золотой шит на шестнадцать ручек. Снял Иван Царевич щит. А за ним круглое окошко, в окошке четыре стеклышка, каждое стеклышко о восьми сторонах и двенадцатью золотыми гвоздиками крепится. Залил белый свет всю светлицу. И при ясном свете заметил Иван Царевич на щите загадку премудрую:
Девять выстроятся в ряд,
В полукруге круг узрят.
В коло обернутся три.
Один в двух ладьях лети.
Три ладьи звезду родят,
Пять в двенадцать превратят.
Дно железное взойдет,
Щит сей сам его найдет.
Завершится круга ход,
Солнце желтое прийдет,
Кашу сварит и народ
Ясно сыто заживет.
Долго думал над отгадкой Иван Царевич, но на то он младший сын, чтобы такие загадки разгадывать. Разобрал слова мудреные и понял, о чем они говорят. Взял он щит и пошел в теплые страны пропитания искать себе и люду своему. Долго ли, коротко ли, шел Иван Царевич. Привела его дорога на торговый путь. Присел Иван Царевич отдохнуть. Идет мимо по торговому пути Ходжа Насреддин и волочит по земле железный казан на двенадцать ведер. Говорит ему Иван Царевич:
Долго думал над отгадкой Иван Царевич, но на то он младший сын, чтобы такие загадки разгадывать. Разобрал слова мудреные и понял, о чем они говорят. Взял он щит и пошел в теплые страны пропитания искать себе и люду своему. Долго ли, коротко ли, шел Иван Царевич. Привела его дорога на торговый путь. Присел Иван Царевич отдохнуть. Идет мимо по торговому пути Ходжа Насреддин и волочит по земле железный казан на двенадцать ведер. Говорит ему Иван Царевич:
— Здравствуй, Ходжа Насреддин! У тебя железный казан на двенадцать ведер, а у меня золотая крышка на шестнадцать ручек. Давай кашу варить.
— Давай, — говорит Ходжа Насреддин. — А, ты, знаешь как?
— Знаю, — отвечает Иван Царевич. — Мне от моего Батюшки секрет достался. Поставь казан на огонь и дрова подкладывай — это твоя забота будет.
— Здравствуй, Ходжа Насреддин! У тебя железный казан на двенадцать ведер, а у меня золотая крышка на шестнадцать ручек. Давай кашу варить.
— Давай, — говорит Ходжа Насреддин. — А, ты, знаешь как?
— Знаю, — отвечает Иван Царевич. — Мне от моего Батюшки секрет достался. Поставь казан на огонь и дрова подкладывай — это твоя забота будет.
Сделал всё Ходжа Насреддин, как Иван Царевич велел. Накрыли они железный казан на двенадцать ведер золотой крышкой на шестнадцать ручек. Сидят. Друг на друга глядят. Кашу варят.

Идет по пути торговому Слон. Увидел он железный казан на двенадцать ведер покрытый золотой крышкой на шестнадцать ручек и глаз отвести не может. Ходжа Насреддин ему говорит: «Здравствуй, Слон! Дай нам то, что у тебя есть. Садись с нами кашу варить». Дал Слон пряности и сел рядом с Ходжой Насреддином. Стали они вместе кашу варить.

Идет по пути торговому Дракон. Увидел он железный казан на двенадцать ведер покрытый золотой крышкой на шестнадцать ручек и глаз отвести не может. Слон ему говорит: «Здравствуй, Дракон! Дай нам то, что у тебя есть. Садись с нами кашу варить». Дал Дракон златозерного риса и сел рядом со Слоном. Стали они вместе кашу варить.

Идет по пути торговому старший брат Ходжи Насреддина. Увидел он железный казан на двенадцать ведер покрытый золотой крышкой на шестнадцать ручек и глаз отвести не может. Слон ему говорит: «Здравствуй, старший брат Ходжи Насреддина! Дай нам то, что у тебя есть. Садись с нами кашу варить». Дал старший брат Ходжи Насреддина воды и сел рядом с Драконом. Встал Иван Царевич и добавил к воде молока. Стали они вместе кашу варить.

Идет по пути торговому отец Ходжи Насреддина. Увидел он железный казан на двенадцать ведер покрытый золотой крышкой на шестнадцать ручек и глаз отвести не может. Иван Царевич ему говорит: «Здравствуй, отец Ходжи Насреддина! Дай нам то, что у тебя есть. Садись с нами кашу варить». Дал отец Ходжи Насреддина соли белокаменной и сел рядом с Иваном Царевичем. Стали они вместе кашу варить.

Идет по пути торговому Циклоп. Увидел он железный казан на двенадцать ведер покрытый золотой крышкой на шестнадцать ручек и глаз отвести не может. Иван Царевич ему говорит: «Здравствуй, Циклоп! Дай нам то, что у тебя есть. Садись с нами кашу варить». Дал Циклоп масла и сел рядом с отцом Ходжи Насреддина. Стали они вместе кашу варить.

Идет по пути торговому Журавль. Увидел он железный казан на двенадцать ведер покрытый золотой крышкой на шестнадцать ручек и глаз отвести не может. Иван Царевич ему говорит: «Здравствуй, Журавль! Садись с нами и
кашу вари». Сел Журавль между Циклопом и старшим братом Ходжи Насреддина. Стали они вместе кашу варить.

Объяснил всем Иван Царевич, у кого какая забота будет:
Сделал всё Ходжа Насреддин, как Иван Царевич велел. Накрыли они железный казан на двенадцать ведер золотой крышкой на шестнадцать ручек. Сидят. Друг на друга глядят. Кашу варят.

Идет по пути торговому Слон. Увидел он железный казан на двенадцать ведер покрытый золотой крышкой на шестнадцать ручек и глаз отвести не может. Ходжа Насреддин ему говорит: «Здравствуй, Слон! Дай нам то, что у тебя есть. Садись с нами кашу варить». Дал Слон пряности и сел рядом с Ходжой Насреддином. Стали они вместе кашу варить.

Идет по пути торговому Дракон. Увидел он железный казан на двенадцать ведер покрытый золотой крышкой на шестнадцать ручек и глаз отвести не может. Слон ему говорит: «Здравствуй, Дракон! Дай нам то, что у тебя есть. Садись с нами кашу варить». Дал Дракон златозерного риса и сел рядом со Слоном. Стали они вместе кашу варить.

Идет по пути торговому старший брат Ходжи Насреддина. Увидел он железный казан на двенадцать ведер покрытый золотой крышкой на шестнадцать ручек и глаз отвести не может. Слон ему говорит: «Здравствуй, старший брат Ходжи Насреддина! Дай нам то, что у тебя есть. Садись с нами кашу варить». Дал старший брат Ходжи Насреддина воды и сел рядом с Драконом. Встал Иван Царевич и добавил к воде молока. Стали они вместе кашу варить.

Идет по пути торговому отец Ходжи Насреддина. Увидел он железный казан на двенадцать ведер покрытый золотой крышкой на шестнадцать ручек и глаз отвести не может. Иван Царевич ему говорит: «Здравствуй, отец Ходжи Насреддина! Дай нам то, что у тебя есть. Садись с нами кашу варить». Дал отец Ходжи Насреддина соли белокаменной и сел рядом с Иваном Царевичем. Стали они вместе кашу варить.

Идет по пути торговому Циклоп. Увидел он железный казан на двенадцать ведер покрытый золотой крышкой на шестнадцать ручек и глаз отвести не может. Иван Царевич ему говорит: «Здравствуй, Циклоп! Дай нам то, что у тебя есть. Садись с нами кашу варить». Дал Циклоп масла и сел рядом с отцом Ходжи Насреддина. Стали они вместе кашу варить.

Идет по пути торговому Журавль. Увидел он железный казан на двенадцать ведер покрытый золотой крышкой на шестнадцать ручек и глаз отвести не может. Иван Царевич ему говорит: «Здравствуй, Журавль! Садись с нами и
кашу вари». Сел Журавль между Циклопом и старшим братом Ходжи Насреддина. Стали они вместе кашу варить.

Объяснил всем Иван Царевич, у кого какая забота будет:
Ходже Насреддину — дрова подкладывать;
Слону — следить, чтобы каша через край не полезла;
Дракону — пену снимать;
Старшему брату Ходжи Насреддина — кашу перемешивать;
Журавлю — из того что есть, сварить то, что понравиться всем;
Циклопу — пробу снимать;
Отцу Ходжи Насреддина — кашу всем раскладывать.
Ходже Насреддину — дрова подкладывать;
Слону — следить, чтобы каша через край не полезла;
Дракону — пену снимать;
Старшему брату Ходжи Насреддина — кашу перемешивать;
Журавлю — из того что есть, сварить то, что понравиться всем;
Циклопу — пробу снимать;
Отцу Ходжи Насреддина — кашу всем раскладывать.
Взял Журавль все, что у них было, отмерил нужные доли и отправил в казан. Долго ждать не пришлось - сварилась каша. Отведал Иван Царевич кашу и говорит: «Вкусна каша, как у моего Батюшки»! Отведал Ходжа Насреддин каши и говорит: «Сытна каша, как у моей Матушки»! Стали они все вместе кашу есть, да Батюшку с Матушкой славить.

Вернулся Иван Царевич домой в свое Царство. Зашел в царскую светлицу, повесил золотой щит на шестнадцать ручек на стену и говорит: «Знаю я как кашу варить, чтобы наш народ кормить». Тут и Царь-батюшка появился. Послал он военную дружину в дремучий лес старшего брата отыскивать. Исполнила дружина царский наказ. Брат старший из лесу вернулся и полные сани дров привез. На радостях обнялись они все, расцеловались. Да стали они жить поживать и добра наживать.
Взял Журавль все, что у них было, отмерил нужные доли и отправил в казан. Долго ждать не пришлось - сварилась каша. Отведал Иван Царевич кашу и говорит: «Вкусна каша, как у моего Батюшки»! Отведал Ходжа Насреддин каши и говорит: «Сытна каша, как у моей Матушки»! Стали они все вместе кашу есть, да Батюшку с Матушкой славить.

Вернулся Иван Царевич домой в свое Царство. Зашел в царскую светлицу, повесил золотой щит на шестнадцать ручек на стену и говорит: «Знаю я как кашу варить, чтобы наш народ кормить». Тут и Царь-батюшка появился. Послал он военную дружину в дремучий лес старшего брата отыскивать. Исполнила дружина царский наказ. Брат старший из лесу вернулся и полные сани дров привез. На радостях обнялись они все, расцеловались. Да стали они жить поживать и добра наживать.

Как Царь-батюшка от столетнего сна пробуждался

Как Царь-батюшка от столетнего сна пробуждался
Средь морей и океанов
Под волением каганов,
Царство сонное лежит,
Царь-отец в нем крепко спит.
Есть у Батюшки три сына:
Старший - ленится детина,
Средний - с деньгами живет,
Младший - песни всё поет.
Двое сыновей не спят,
Рыбку ловят и кричат,
Знать не знают почему
Нет житья им по нутру.
Ясным утром на заре,
Все почуяли оне, как
Царь на бок повернулся
И тихонечко проснулся.
Встал, светлицу осмотрел,
В щелку ясный свет узрел,
В колокольчик позвонил,
Слугам верным говорил:
«Люди вы мои родные,
Все красавцы удалые,
Целый век я почивал,
Сны диковины видал.
Но, проснувшись на яву,
Чую брешь в своем нутру.
Явств не кушал сотню лет.
Приготовьте ж мне обед.
Пока спал я на полатьях
Ели вы с водой оладьи.
А теперь другой уклад
Съесть иное буду рад.
Замесите с молоком,
Тесто правым кулаком.
На железну сковородку
С маслом желтым посередке,
Выливайте вы его,
Жарьте с двух сторон всего,
А затем с огня снимайте,
На стол живо подавайте!»
Слуги тут же побежали,
Кухню дном наверх подняли.
Повара спешат, за раз,
Выполнять царёв заказ.
Пламя, масло, сковородки,
Царской кухни действа четки.
Вскоре свора поваров
Напекла Царю блинов.
Теплым маслом их полили,
Стопкой вкусною сложили
И доставили еду
Прямо к царскому столу.
Масло на устах блестит,
Царь душевно говорит:
«Всем поклон за угощенье,
Да хочу к блинцам варенье.
Вижу, что пока я спал,
Сон свой сладкий узревал,
Вы одну черешню ели,
Думать, мыслить не хотели.
С сей поры расширим взор,
Взяв у плотника топор,
Вы орехи поколите,
А черешню рассеките.
Из орехов ядра выньте,
С вишни мякоти подкиньте,
Вместе все соедините
И варенья наварите».
Слуги тут же побежали,
Кухню на уши подняли.
Повара спешат, тот час,
Исполнять второй заказ.
Варят, парят, шелушат,
Приготовить вар спешат,
Но суеты прошли мгновенья,
Уж приготовлено варенье.
Красну чашу вынимали.
Сладким варом наполняли.
И к полуденным часам
Подали Царю к блинам.
Сладки капли на блины
Пали с царской бороды.
Трапезу закончил Царь
Стороны той Государь.
Благодарности слова
Молвил Батюшка тогда:
«Смог я голод утолить.
Буду ПРАВДОЙ вам служить!»
Долго не заставив ждать,
Царь велел ему позвать
Для вершенья вольных дел
Человека в свой удел.
Время лишь мгновенье длится
И в цареву зал-светлицу
Слуги ропотно бегут,
За собой Балду ведут.
Встал он пред Царем смиренно.
Молвил Царь ему надменно:
«Славный, ты Балда, работник:
Писарь, водонос и плотник.
Вот тебе сё коромысло.
Камни вешай очень чисто.
Вот тебе перо, топор —
Записать наш разговор.
Взявшись за любое дело,
Обухом орудуй смело.
Я не стану тя судить,
Что те строить, что делить».
Вопрошал Царя Балда:
«Просьба есть к тебе одна.
Дай ка мне блинков отведать,
Чтоб на службе дело ведать».
«Сие исполнить обращенье! —
Было царево речение, —
А про полбу позабудь
И иди на новый путь».
С этой мыслью мудреца
Покидал Балда Отца.
Царь, устав от тяжких дел,
Поразвлечься захотел.
Он окошко открывает
И Сороку призывает:
«Птица-белые бока,
Ты, лети ка в облака.
Да по Царству моему
К сыну младшему.
Ему Дай клич праздник собирать —
Будем в Царстве пировать.
А затем лети в народ,
В каждый мелкий огород,
Разнеси благую весть,
Как хозяйство будем весть.
Приглашает Царь на пир
Те дворы и целый мир,
У кого ушли все годы
На любимые работы».
В Царстве птица полетала,
Добрых гостюшек созвала,
Не заметила народ,
Что бездельничал весь год.
Из больших людей и малых
Собралися гости в залах.
В пировальню входит Царь —
Солнцеликий государь.
Младший сын его встречает
И на место провожает,
Меж гостей его ведет.
Паре ратует народ!
Молвит младший сын Царю:
«Всей душой тебя люблю!
И пока вкус меда сладок,
Будет в Царствие достаток.
Видишь пир стоит горой.
Здесь и сытость, и упой,
Справно сделана работа —
РАДОСТЬ, ведь, моя забота».
Праздник тянется и вот,
Нагулявшись, весь народ
Возжелал чайку напиться,
Да восвояси воротиться.
«Пиру близится конец! —
Молвил Царствия Отец, —
Чтобы праздник завершить
Будем самовар топить».
Средний сын дрова принес
И к трубе огонь поднес.
Запылал поленьев жар,
Жаждит варки самовар.
Младший сын, на лик Царя
Глядя, вопрошал любя:
«Что нам в самовар налить,
Чтобы чай начать варить?»
Царь промолвил всенародно:
«Раньше лили, что угодно,
А теперь буду велить
Воду с молоком налить,
Трав душистых добавлять,
Маслом желтым заправлять,
Младшим сыновьям варить,
Так чтоб люду угодить».
Царского чайку попили
И домой всех проводили.
Многовкусная вода!
Выпит самовар до дна!
День уж к вечеру идет,
Царь сына среднего зовет,
Просит, разогнав зевоту,
Показать его заботу.
Сын велел коней уздать,
В ладну тройку запрягать.
Едут сани на базар
Там осматривать товар.
На базаре рыбный ряд
Занял все лотки подряд.
Торг ведут ловцы на рыбу:
«Взял язя - плачу ставриду».
Видя, это преступленье,
Молвил Царь без сожаления:
«В ясном Царствие моем
Стыдно слыться рыбаком!
Всем даю такой наказ,
А, Балда, пиши указ.
Рыбы можно наловить,
Чтобы только люд кормить.
Во все торговые ряды,
Должно, завезти еды
И не съедобного товара
Для торгового навара.
Чтоб у купца была работа
На базарные ворота
Поместите навека
ИЗОБИЛИЯ рога».
Сквозь торговые ряды
Вышел Царь попить воды
И сказал второму сыну,
Что пора будить Детину.
Средний старшего поднял
И к Царю идти сказал.
Встретил сыновей отец
И промолвил наконец:
«Вы сверх меры ели, пили,
Горы грязи наплодили.
Мусор надо убирать,
Да из Царства удалять.
Слугам следует донесть
До людей такую весть,
Чтобы, как в былые дали,
Пищу в меру потребляли.
Будет мера и тогда
В Царстве будет чистота.
Всякий здравье обретет.
Силушка в народ зайдет.
Ворог, видя наш успех,
Бросит немощный доспех,
Развернется у ворот
И судьбу корить пойдет» —
Так сказал великий Царь,
Стороны той Государь.
Попрощался с средним сыном
И пошел домой к Детине.
Приближение Отца
Встрепенуло молодца.
Захотел он на работу,
Показать свою заботу.
Он Царь-Батю обнимает,
В гости смело приглашает.
Но в его то стороне
Закручинились оне.
Все ограды покосились,
А ворота растворились.
Все, от люда до скота,
Ходят здесь туда сюда.
Сыну старшему Отец
В честь их родственных сердец,
На землице промеж грядок,
Повелел ввести ПОРЯДОК:
«Всем внутри иметь заборы,
В дверях крепкие запоры.
Окна можно отворять,
И в занавески наряжать.
Всем мы рады и врата,
Пусть открыты навсегда.
Стража в них должна стоять,
Всех на дружбу проверять.
Кто полезет через стену,
Иль задумает измену,
Ту вошь треба изловить
И немедля погубить».
Согласился старший сын,
Наказал всем ладить тын.
А затем они с Царем
В лес поехали вдвоем.
В лесе Царь учил сынка:
«Ты, послушай старика.
Раньше вы дрова рубили
Из просеки уходили.
Избы ладили, дома,
Дорогие терема.
Получалось, что народ
Дом имеет, но не тот.
Дам тебе совет, дружина.
Исполняй его, мужчина.
Чтоб не горевала веста,
Все сади на свое МЕСТО.
В лесе дерева рубить,
Нужно новые садить.
Сыру Землю-Мать люби
И за все благодари!»
Принял Сын совет Отца,
Образумился с лица,
Встрепенулся, ободрился,
Никогда впредь не ленился.
Попрощался Царь-Отец
И уехал во дворец.
Сел он в Царскую светлицу,
Только спать не стал ложиться.

Как Ивашка-простоквашка стал важной фигурой

В бесконечных синих далях,
Посреди молочных рек,
Звёзды ясные гуляют,
Коротая славный век.
* * *
Там время небо хороводит,
Да взора со звезды не сводит.
Она, пчелой кружа, летает —
Молочную пыльцу снимает.
И её трудный сладкий мед
Все смыслы жизни ей дает.
Там радость. Горя полоса —
И так до самого конца …
А в завершении жизни круга
Пообразумилась подруга.
Дела до сути поняла,
Да разуменье обрела.
И путь заканчивая свой,
Пустила Искорку стрелой.
Смиренно яркость отпускала,
И СМЕРТЬ достойно принимала.
Остались у нее три друга,
Что жить не могут друг без друга.
То - Голубь, Мышь и Собачонка —
Три вертихвостые душонки.
Еще при яркости звезды,
Промолвя русское: «Лады!»
Все обусловились они
Дружить на следующем пути.
* * *
ВЕЧНОСТЬ в небесах живет,
Жизнь безмерно там течет,
Коло судьбы увлекает,
Смерти в жизни превращает.
Искра, выбрав речь молочну,
С головой ныряет точно,
По волнам со вдохновеньем,
Мчится к новому рождению.
Времени, не тратя даром,
Между Месяцем и Яром
Бабье чрево и Земля
Искру приняли, любя.
Не заставив долго ждать,
Радуя отца и мать,
Сын Ивашка народился
И в той РОДИНЕ сгодился.
* * *
Солнце землю освещает,
Лето зиму провожает.
Голубь — прошлый друг спустился,
Тихо рядышком садился.
Стал Ивашку охранять,
Лишни мысли отгонять,
Ибо, нравится судьбе
Рост дитяти в ТИШИНЕ
Мальчик встал с колен — гуляет.
Пес к Ивану подбегает,
Создавая мягкий плен,
Трёт боками у колен.
Точно также мягко, дружно
Всем соседям ладить нужно.
В землях, где он проживал,
Крепкий МИР существовал.
Тихий голубь, мирный пес
Друга третьего принес.
Сера мышка появилась,
В теплой норке приютилась.
В доме Вани пир-горой,
Мед и пиво льют рекой.
Люд не пуганный войной,
Смакует душеньки ПОКОЙ.
* * *
А голубка молодая,
Время даром не теряя,
В кудри веток забралась
И чистить перья собралась.
Смотрит на нее малютка
Сердцем, проникая чутко.
Понял Ваня, что к чему,
Репки нашей ПРОСТОТУ.
Жучка ж, наша — вечный друг,
Чуя, всех и вся вокруг,
Охраняет строго двор,
Оглядает весь забор.
Да Иванко тут сидит
В три на четверо глядит.
В дали зрит соколушка —
ЯСНАЯ головушка.
Мышка рано по утру
Вздумала убрать в дому.
Лихо, взявшись за уборку,
Ладит, блистит свою норку.
Ей Иваша помогает,
Все соринки выгребает.
И в окончании этих дел
Здравье КРЕПКОЕ обрел.
* * *
Чистку кончив, голубица
Цельнозерную пшеницу
Поклевала. И семян
Привезенных с разных стран.
Ваня сиднем не сидел.
Кончил ворох разных дел.
Все успел наш свет-дитяша —
Жизнь одарит ПОЛНОЙ чашей.
Завершив охранну службу,
Доказуя, свою дружбу
Пес к Ивану прибежал,
За двором играть желал.
Вдоль по улице гуляя,
Людям здравия желая,
Разно благо принимали,
С людом ОБЩНОСТЬ обретали.
Ну а мышь закончив мыться,
Хлебец дала псу и птице.
Пес лизнул её, а птица
Песнь пропела мастерице.
Посмотрев на них, Иван
Разумел тогда уж сам,
Кто дела с общиной мает,
Тот ПРИЧАСТНОСТЬ обретает.
* * *
День на убыль повернул.
Месяц в небеса нырнул.
Звездной ночке напевал
И до зореньки не спал.
Лучик утром просиял.
Ваня щурится устал,
Пробудился, кашу в рот,
А потом на огород,
Промеж грядок и ветвей
Наблюдать своих друзей.
* * *
Голубь в небесах летает,
Видит далеко и мает
Правду жизни на земле.
Что? Когда? Зачем? и Где?
Ванечка за ним следит,
Слышит, что он говорит,
Пораскинув свои мысли,
Постигает смысл ЖИЗНИ.
Собачонка громко лает,
Строго Ванечку ругает,
А потом хвостом виляя
Лижет ласково, вздыхая.
Он же принял все покорно,
Сделал что-то там проворно.
Свет и лад в его нутру.
Да! Пришла ЛЮБОВЬ к нему.
Мышь в амбары забегает,
Да кладовы набивает,
Всяки зерна разгрызает,
Честну трапезу уж мает.
Мальчик, видя се дела,
Порешил в себе тогда,
Чтобы в СЫТОСТИ прожить
Должно все в себе ужить.
* * *
За вот этим наблюдением
Ваня день провел весенний.
Солнце завершило круг,
Спать отправился наш друг.
Утром рано зорькой ясной
Пробудился сын прекрасный,
И с хорошим настроеньем
Вышел вон для упражненья.
* * *
Голубок по ветке ходит,
С Вани зоркий глаз не сводит,
Чует птица, что она
Присмотреть за ним должна.
Ваня, пробуя пределы,
Своего лихого тела,
Силы в нем распределил
И ЧУВСТВО меры ощутил.
Обретеньем сим гордясь,
К Жучке кликом обратясь,
Подозвал её шутя,
Поигрался с ней дитя.
Жучка радостно завыла,
Про дела свои забыла.
А у Ивана от игры
Полны РАДОСТИ штаны.
Сих эмоций возвышенье
Имело дальше продолженье.
Ваня по двору пошел,
Норку мышкину нашел,
Прибодрился, наклонился,
Левой ручкой подбочился
И в большом ПОРЫВЕ страсти
Отвалил мышонку: «Здрасте!»
* * *
Голубь, видя это действо,
Удивился лицедейству.
Тихонько взлетела птица,
Над Иванушкой кружится.
Дальше плавно не спеша
Села на плечо, шурша.
Парень, чуя шум крыла,
Молвил златые СЛОВА:
«Слушай, пес, ты мой зубастый,
Лаешь, ты, правдиво часто.
Ворога, ты, верно чуешь.
У тебя не забалуешь!» —
Завершив сие реченье,
Замер малец в озареньи.
И без всякой лишней мысли
Он узрел всю ПРАВДУ жизни.
Роет, строит и несет
Мышка наша круглый год.
Действо, действо и опять,
Бегать, чистить, убирать.
Уложив ей свят-поклон,
Все узрел, да понял он.
И, присев, в своем уделе
Призадумался о ДЕЛЕ.
* * *
—- Дело стало быть не шутка.
«Верно, — молвила голубка —
Не надоишь никогда
Из с козлища молока».
Внемлел Ваня сим словам,
А потом глаголил сам:
«Чтобы дело не сгубить
ПОЛЬЗЕ явной должно быть.
Пользу трудно изловить.
Позову я пса служить.
Жучка, пользе сторож будешь.
Дай, Бог, дела не погубишь.
Все, что мог, ты, вспоминай
Да на посту, брат, не зевай.
Если что — меня зови,
Да ОПЫТ жизни не проспи».
Дело можно начинать,
Да чего-то не хватать?
Мышка зернышки хранит,
Действом этим говорит:
«Ваня, что, ты, в самом деле,
Нету сути в нашем деле».
Тут пробрал Ивана смех:
«СУТЬ да дело — вот успех!»
* * *
Белый голубь — света племя
Сел Иванушке на темя,
Крылья нежные сложил
И тихонько говорил:
«Всяку делу завершенье
Будет сути РАЗУМЕНЬЕ
И награда будет разом —
Заходить умом за разум!»
Пес, осанисто привстав,
Словно прочитал устав,
Статно к Ване подбежал
И смиренно рассуждал:
«Мудрость можешь, ты, обресть,
Коль ПОНЯТЬЕ жизни есть.
Будет всяк тебя любить,
И молитвою хранить!»
Мышка к Ване подбежала,
Кругом хвостик свой поджала,
Лапки к верху подняла,
Говорила се слова:
«Ты злато зерно прими,
И всего себя узри.
Стал, ты, цельною натурой,
Будешь важною ФИГУРОЙ!»
* * *
Так Ивашка стал ФИГУРОЙ,
Светлой Царственной натурой.
* * *
В своей жизни каждый Царь —
Своей доли Государь…
Царь. Царица. Все одно.
Важно — Златое Зерно!

Об авторе

Артур Владимирович Коломыцын родился 22 апреля 1977 года в семье моряка дальнего плавания и ресторанной поварихи. Его Отец родом из Киквидзенскойго района, а Мать - донская казачка, уроженка Суровикинского района Волгоградской области.
А.В. Коломыцын - рос, учился, трудился, женился в городе-герое Волгограде. В настоящее время со своей женой и сыном проживает в городе-курорте Сочи.




КОНТАКТНАЯ ИНФОРМАЦИЯ: